Yesenia Moro | Есения Моро

THERE ONCE WAS A BOY NAMED HARRY

DESTINED TO BE A STAR

Домашнее животное.
Животного пока нет, но интересно было бы отыграть его покупку.

PERSONALITY

Есения — воплощение девичьего кокетства. Она обожает проводить часы перед зеркалом, любуясь собой, и искренне верит, что мир должен вращаться вокруг неё. Маленькая леди привыкла быть в центре внимания и крайне болезненно воспринимает отказы, порой устраивая настоящие сцены, если что-то идет не по её сценарию. При этом она обладает живым воображением: Есения — мечтательница, которая грезит о блестящем будущем, но держит свои планы в секрете, опасаясь сглазить их.
Её натура тяготеет к прекрасному: она может всю ночь любоваться звездами, жертвуя сном и утренними делами, и переубедить её невозможно. Любое проявление неэстетичности или бытового дискомфорта вызывает у неё искреннее отвращение — Есения привыкла к роскоши и не терпит грубости. К тому же, она воспитана в духе снобизма: идеи о чистоте крови для неё не пустой звук. Общение с магглорожденными она считает ниже своего достоинства, опасаясь, что подобное знакомство может запятнать репутацию её семьи.

BIOGRAPHY

Мать - Александра Кассандра Моро в девичестве Хиггинс, чистокровная волшебница, закончила Слизерин. Отец - Майкл Теренс Моро, полукровный маг, работник Департамент Международного Магического Сотрудничества. Закончил Слизерин. Родители малышки познакомились еще в школе. Оба они учились на факультете Слизерин. Майкл учился на 3 курсе, когда среди первокурсников он заметил маленькую Александру. С начала он просто смотрел на маленькую волшебницу за завтраками, обедами и ужинами, потом перед Рождеством, когда она уже училась на втором курсе, и предложил дружбу. Сразу после окончания школы в начале сентября молодые люди поженились. Далее в аккурат, через девять месяцев солнечным октябрьским  днем на свет в семье Моро появилась малышка. Девочку назвали Есения. Малышка была единственным ребенком в семье. Юная мисс Моро росла в роскоши и достатке, у нее было все. Девочка получала любую вещь, которую хотела. В ее комнате было много мягких игрушек, а шкаф просто ломился от одежды.
Так случилось, что Есения - единственный ребенок в семье...
Есения рано поняла, что в их доме слово «наследник» звучит как что-то очень важное и почти недостижимое. Она не знала точных дат и не считала месяцы, но в памяти оседали моменты, складываясь в одну тяжёлую картину.
Она помнила тихие, напряжённые разговоры, которые обрывались, стоило ей появиться в дверях. Помнила, как мать становилась бледной и тихой, будто из неё уходила сила, а отец ходил по коридорам с таким видом, будто нёс на плечах весь род. В такие дни дом будто сжимался, становился тише и холоднее.
Были и другие воспоминания — резкие, пугающие. Есения не знала, что такое преждевременные роды, но она знала, как внезапно в доме появлялись чужие люди в строгих одеждах, как в комнатах надолго воцарялась тишина, нарушаемая только шёпотом и сдержанными всхлипами. Она знала, что после таких ночей мать долго не выходила из спальни, а в доме пахло лекарствами и воском от свечей, которые зажигали будто для того, чтобы отогнать что-то страшное.
Ей рассказывали (или она сама додумала из обрывков фраз), что рождались мальчики — те самые долгожданные наследники рода. Но они не успевали даже заплакать. А потом родилась девочка, и все на мгновение выдохнули, будто само появление жизни было чудом. Но через сутки и это чудо исчезло. Есения не могла вспомнить лицо той сестры — её не было рядом достаточно долго, чтобы остаться в памяти, но ощущение утраты, будто кто-то забрал из дома ещё немного света, она чувствовала очень ясно.
Прошли два года. В доме снова начали шептаться о надежде. Снова была тишина, ожидание и снова — пустота. И каждый раз, когда надежда рассыпалась, Есения всё отчётливее чувствовала, как на неё ложится тень чужого разочарования, хотя никто не говорил ей ни слова упрёка. Наоборот, её старались беречь, обнимать крепче, словно она была тем единственным, что удалось сохранить.
Так, незаметно для самой себя, Есения стала единственным ребёнком в семье — не по чьему-то выбору, а по жестокой прихоти судьбы. И с этим статусом пришла странная, не по-детски тяжёлая ответственность: быть той, кто остался. Быть той, на кого смотрят с облегчением и одновременно с затаённой грустью, будто она — и спасение рода, и напоминание о том, чего так и не случилось.
Со временем разговоры о наследнике стали реже, но тень этой надежды никуда не исчезла. Она витала в воздухе, пряталась в долгих взглядах родителей, в осторожных словах о будущем, в том, как отец иногда смотрел на неё и будто пытался разглядеть в её чертах черты давно ожидаемого сына. И Есения училась не замечать этого взгляда, училась быть просто дочерью — той, которая есть, единственной, кому удалось выжить и остаться.

Когда Есении было пять лет она решила узнать что куда ведет за лестница в конце коридора.
Девочка обнаружила старый чердак, где было полным-полно всякого старого хлама, старинных сундуков, но и их. содержимого она так и не добралась...
На чердаке жили летучие мыши. Они напугали Есению. С тех пор она на чердак не забиралась.   В итоге теперь у нее страх перед летучими  мышами.

Есении было семь. Наступила осень.
Однажды в солнечный октябрьский день мисс Моро вместе с родителями зашла в оранжерею поместья — там пахло влажной землёй, пряными травами и чуть‑чуть — дымом от камина в соседней комнате. Девочка тянулась к стеклянной дверце, за которой на полке стояли изящные флаконы с эссенциями: мама рассказывала, что в них — вытяжки из редких цветов, способных менять цвет лепестков за считанные минуты.
Есения прижала ладошку к стеклу — просто чтобы почувствовать его прохладу, сравнить с теплом своих пальцев. И вдруг стекло дрогнуло. Тонкая, почти невидимая волна пробежала от её ладони по всей поверхности, будто по воде бросили камешек. В следующий миг стекло рассыпалось не на острые осколки, а на тысячи крошечных прозрачных гранул, похожих на застывшие капли дождя. Они тихо зашуршали, оседая на пол, и ни один не коснулся кожи девочки.
На мгновение в оранжерее стало тихо — только слышно было, как где‑то в глубине дома тикают часы. Есения отдёрнула руку, широко распахнув глаза, и обернулась к родителям.
Мама, Александра, замерла всего на миг, а потом на её лице расцвела улыбка — тёплая, гордая, чуть взволнованная. Она опустилась на корточки, чтобы оказаться на одном уровне с дочкой, и тихо сказала:
— Ты чувствуешь это, милая? Это твоя магия. Она не злая, не грубая — она живая, как ты.
Отец, Майкл, подошёл ближе, положил руку на плечо жены и мягко добавил:
— И она знает, когда нужно быть бережной. Посмотри: ни один осколок тебя не задел.
Есения осторожно посмотрела на свою ладонь, будто ожидая увидеть на ней следы волшебства — полоски света или тонкие линии, похожие на узоры мороза на окне. Но кожа была такой же, как всегда. И всё же девочка вдруг поняла: магия — это не только яркие вспышки и громкие слова. Иногда она просто тихо касается мира и делает так, чтобы всё осталось целым. Даже когда что‑то ломается.
С этого дня в доме Моро стали появляться маленькие защитные чары на хрупких вещах, а Есения, когда брала в руки что‑то особенно тонкое и нежное, шептала про себя: «Будь острожней», — и мир послушно становился чуть мягче вокруг неё.
Воспитание и образованием маленькой малышки Есении занималась мама, единственным приходящим учителем был учитель музыки и танцев.
Шли годы, и вот наступил самый долгожданный одиннадцатый день рожденья. Есении пришло письмо из школы. Накануне отъезда в школу семья Моро посетила Косую алею. Девочка с родителями купила все необходимое для школы, изрядно потрепав нервы и терпение родителей. Наступил самый волнительный день в жизни девочки вот она стоит перед барьером на платформе 9 и 10. Есения прошла его без всякого волнения, словно проделывала это уже не один раз. Далее платформа 9 и ¾ была красива. Девочка опять же очень сдержано рассматривала ее. Когда ей предстоял путь от станции Хогсмид до Хогвартса, не проронила ни слова, восхищаясь и скрывая свои эмоции внутри. А вот и замок! Он великолепен! – подумала мисс Моро. Дальше будущие первокурсники вошли в Большой зал, и им предстояло самое волнующее – Распределение. Волнение одолело девочку. Она стояла рядом с другими детьми и ждала, когда назовут ее имя и на следующий день, она тут же напишет своим родителям, о том на какой факультет она попала. Они безусловно будут рады ее распределению, как в прочем и она сама.

RELATIONS

CLASSIFIED INFORMATION

Отредактировано Yesenia Moro (2026-10-14 03:17:53)